Союз Казаков-Воинов России и Зарубежья Загрузка

Скончалась уральская поэтесса Татьяна Николаевна Азовская

Друзья, печальная новость. Скончалась Татьяна Николаевна Азовская. Уральская поэтесса, журналист, общественный деятель, член Союзов писателей СССР, Казахстана и России. Ее вклад в культуру города Уральска неоценим. Каждая строчка написанная ей пронизана любовью к родному Приуралью, древнему Яику и людям живущим на этой земле. Казалось бы простые и понятные слова. Будара, река, воля, отчий дом…. Но как они западают в душу. Не оставляя равнодушными не одно поколение уральцев.
ЦАРСТВИЕ НЕБЕСНОЕ!

В память о Татьяне Николаевне вспомним её стихи:

А главное: останется река –
Исток судьбы, дремучий голос крови.
Здесь хитрый предок обучался воле
И обживал крутые берега.

Здесь мать моя глядела на разлив,
Чтобы, когда покинут гнезда птицы,
Глаза последней дочери могли
Уральною волною повториться.

И как ни властны голоса друзей,
Как ни бегу на зов, – глаза прикрою:
Опять стоит будара на приколе
И, словно солнце, чешуя язей
Расплещется по днищу, засверкав
Наградою за промысел нелегкий.
А на яру подсолнухов головки
Заломлены фуражкой казака.

Здесь на песке – тепло моих следов.
Здесь помнит губы спелость ежевики.
И родина – как первая любовь,
Чтоб рассказать о ней, мы – безъязыки.

Мне б только знать отныне, навека,
Приняв в родню всю даль страны огромной,
Что – главное – останется река,
На берегу которой молвлю:
– Дома!

***

Над стороной бухарской – высоки –
всходили звезды, пахнущие дыней.
И стали одинаково родными
Зеленый луг и красные пески.
Как будто азиатская печаль
Навек срослась с российскою истомой
– Я эту землю называю домом.
И кровь ее, как песня горяча.

***

Отсюда начинается родство
Кровей горячих –
Связь Руси и Поля
И безграничное уже – простор –
Читается еще просторней – Воля!

***

Плывет Урал из давней стороны, к степям и рощам преданно привязан. И сладкий дым с бухарской стороны
Плетет над ним
Узор славянской вязи.

***

…И белый храм,
как вспененный прибой,
Вдруг вынесет меня к моим истокам.
Я чувствую своей прабабки боль
и слышу голос правнуков далеких.
Беру на память горстку красных бус.
Огонь рябины обожжет,
как жалость…
— Каким крылом меня коснулась Русь!
Какой свободой Азия касалась!..
И есть Урал, схлестнувший берега,
что деду был наградой и добычей.
И проплывают медленно века
под зорким безпокойством пограничья.